Каждый год Украина теряет около 320 тысяч человек – именно столько жителей насчитывает типичный областной центр, например Винница. Даже при самом оптимистичном сценарии возвращения беженцев реально ожидать не более 1,6 миллиона человек. Остальной демографический дефицит, особенно в отраслях, где уже сейчас катастрофически не хватает рабочих рук, способна покрыть только управляемая трудовая миграция.
"Хвиля" пишет, что такое мнение высказала ассоциированный эксперт CASE Украина Ульяна Костенко в колонке для РБК-Украина.
По ее словам, вопрос состоит не в том, готово ли общество к мигрантам. Опросы КМИС фиксируют умеренный и стабильный уровень ксенофобии в стране. Главная проблема – способно ли государство управлять этим процессом прозрачно. Пока что – нет. Однако существуют готовые модели, которые Украина могла бы позаимствовать.
Как Канада и Австралия превратили миграцию в предсказуемую систему
Наиболее наглядным примером того, что миграция может быть одновременно масштабной и контролируемой, является канадская система Express Entry. Кандидат получает баллы за возраст, образование, знание языков и наличие предложения о работе. Проходной балл публикуется в открытом реестре, вся процедура – цифровая, без какой-либо дискреции чиновника и без коррупционного окна.
Ключевой урок этой модели: страх перед "чужими" питается не количеством прибывших, а ощущением того, что государство потеряло контроль. Балльная система устраняет этот страх – не риторикой, а прозрачностью.
Австралийская система SkillSelect идет еще дальше и добавляет элемент планирования: государство ежегодно формирует перечень дефицитных профессий и определяет квоты. В программе на 2025-2026 годы предусмотрено 185 тысяч мест, 71% из которых предназначены квалифицированным мигрантам. Для Украины этот механизм критически актуален: только за два года количество официально зарегистрированных строителей сократилось на 25,4% – до примерно 300 тысяч человек. Дефицит кадров в отрасли достигает 40%, и застройщики уже открыто просят разрешения нанимать мигрантов.
Датский провал и чешский успех: где граница между интеграцией и стигматизацией
Гетто возникает не из-за миграции как таковой, а из-за миграции без языковой адаптации, без признания квалификаций и без интеграционных программ. Дания в 2018 году попыталась бороться с гетто административным давлением – так называемым законом Ghetto Package, который требовал сократить долю социального жилья в "проблемных" кварталах.
Результат оказался противоположным ожидаемому. Стигматизация районов спровоцировала отток более состоятельных жителей, средние доходы упали на 2%, а доля малообразованных выросла на 5%.
Совершенно иначе ситуация выглядит в Чехии. В городе Пардубице муниципалитет ежегодно финансирует школы с высокой долей иностранцев, чтобы облегчить детям изучение языка. В Плзене поддерживаются региональные интеграционные центры.
Швеция по индексу Migrant Integration Policy Index 2025 набирает 86 баллов из 100. Государственная программа продолжительностью 24 месяца предусматривает языковые курсы, профкоучинг и подтверждение иностранных дипломов.
Украине стоит усвоить датский урок заблаговременно – до того, как он даст о себе знать собственным горьким опытом.
Украина уже привлекательна – но системы нет
Средняя зарплата после налогообложения в Украине сейчас достигает 484 долларов в месяц. Это больше, чем на Филиппинах (345 долларов), в Бангладеш (234 доллара) или Шри-Ланке (220 долларов). ВВП по паритету покупательной способности составляет 21 890 долларов против 12960 долларов в Индии.
Даже в условиях войны перспектива членства в ЕС делает Украину реальным вариантом для части трудовых мигрантов. В начале 2023 года в украинских университетах обучалось более 51 тысячи иностранных студентов – 28% из Индии, по 10-11% из Китая и Марокко.
То есть спрос уже есть. А системы управления им – нет. Государственная миграционная служба в 2024 году рассматривала некоторые заявления более 100 дней. И это в условиях, когда бывшему руководству ГМС сообщено о подозрении в хищении 88 миллионов гривен. Пока Канада измеряет эффективность миграционной системы неделями, Украина – кварталами и скандалами.
Четыре шага, без которых ничего не заработает
Эксперт определила четыре конкретные меры, которые государство обязано реализовать.
Первый – ввести балльную систему отбора мигрантов: открытую, цифровую, с проходным баллом, который публикуется и регулярно обновляется. Каждый кандидат должен иметь возможность самостоятельно просчитать свои шансы еще до подачи документов.
Второй – сформировать перечень дефицитных профессий и поручить Министерству экономики регулярно обновлять его на основе прогнозов рынка труда. Строительство, здравоохранение, логистика – это минимальный первый список.
Третий – реформировать ГМС: убрать дискреционные полномочия чиновников и перевести все процедуры в цифровой формат. Пока служащий лично решает "рассмотреть или отказать" – существует коррупция. Пока есть коррупция – нет системы.
Четвертый – запустить программу интеграции по шведско-чешской модели: языковые курсы, подтверждение дипломов, региональное распределение, партнерство с работодателями. Мигрант, который не знает языка и не может подтвердить квалификацию, – это не ресурс, а проблема.
Управляемая миграция, подытоживает Костенко, – единственная модель, при которой Украина может одновременно получить рабочие руки для восстановления, сохранить социальную сплоченность и избежать гетоизации. Альтернативой является не сохранение статус-кво, а демографический коллапс с человеческими потоками, которыми никто не управляет.
Ранее мы писали, что Украине грозит вторая волна миграции после отмены военного положения.