Как меняют управление ВСУ, где Россия усиливает давление и почему главным вызовом может стать зима
После назначения Михаила Драпатого масштабной кадровой "революции" в ВСУ не произошло, но меняются подходы к кадровым решениям, управлению фронтом и будущему штурмовых полков. Тем временем Россия вновь усиливает давление на Покровско-Добропольском направлении и наращивает средства для ударов по украинскому тылу.
О первых решениях нового главкома, ситуации на ключевых участках фронта и главных рисках ближайших месяцев – в материале РБК-Украина.
Главное:
- Первые решения Драпатого. Массовой кадровой чистки после смены главкома не произошло, но источники говорят о более широком кадровом лифте и несколько ином стиле управления.
- ОСШР пока не сформированы. От идеи Объединенных сил быстрого реагирования не отказались, однако между Михаилом Драпатым и Дмитрием Волошиным, по данным РБК-Украина, возникло разное видение структуры, поэтому ее, вероятно, возглавит кто-то другой. Пока штурмовые полки передают в оперативное подчинение отдельным корпусам.
- Донецкую область делят между двумя группировками. "Центр" Андрея Белецкого должен охватить полосу от Лимана до Константиновки, "Азов" Дениса Прокопенко – Добропольско-Покровский отрезок.
- "Вивальди". Белецкий заявил, что наступательная операция на Лиманском направлении сорвала северную часть российского замысла по охвату Краматорской агломерации. Источники РБК-Украина говорят, что реальное продвижение ВСУ больше заявленного.
- Самым трудным испытанием может стать зима. Источники невысоко оценивают шансы на энергетическое перемирие и ожидают наращивания российских средств воздушного нападения. По информации РБК-Украина, РФ планирует произвести до 2 тысяч "Дань-Т" до конца года и до 14 тысяч – в следующем.
Смена главнокомандующего ВСУ произошла в момент, когда украинской армии приходится одновременно сдерживать российское давление в Донецкой области, реагировать на угрозы на других участках фронта и готовиться к новой зиме под российскими обстрелами.
На этом фоне в ВСУ уже происходят кадровые и организационные изменения, однако их масштаб и последствия пока рано оценивать. Часть решений касается командного состава, часть системы управления войсками и будущего штурмовых подразделений.
В то же время ситуация на фронте остается неравномерной: на одних направлениях украинским силам удалось стабилизировать положение или продвинуться, на других – Россия наращивает давление или ищет новые возможности для наступления. А самым большим испытанием ближайших месяцев часть собеседников РБК-Украина считает даже не фронт, а возможную новую кампанию ударов врага.
Первые решения Драпатого
После назначения Михаила Драпатого главнокомандующим масштабной кадровой "революции" в армии не произошло, говорят источники издания. Он не стал массово убирать командиров и штабных офицеров, работавших при Александре Сырском.
В то же время, точечные изменения в высшем командовании все же происходят. В частности, Артем Мартыненко, один из архитекторов системы управления боем DELTA, был назначен заместителем главнокомандующего ВСУ, ответственным за цифровую трансформацию и инновации. Еще одним временно исполняющим обязанности заместителя главкома стал бригадный генерал Сергей Собко.
Источники РБК-Украина обращают внимание даже не на масштаб перестановок, а на подход Драпатого к кадровым решениям. По их словам, он начал активнее продвигать на высокие управленческие должности людей с более низких ступеней военной иерархии. То есть появился гораздо более широкий кадровый лифт.
Не все собеседники РБК-Украина в Вооруженных силах положительно оценивают такой подход. Часть из них считает, что это позволяет быстрее продвигать сильных специалистов, не привязываясь жестко к их профильному военному образованию, званию, возрасту или формальному стажу.
Другие видят и риски в таком подходе. Традиционная военная карьера предполагает постепенное прохождение нескольких уровней – от командования подразделениями низшего звена до работы в штабах и на высших командных должностях. На каждой следующей ступени офицер получает не только очередное звание, но и опыт управления все большими формированиями, планирование операций и работы в системе военного управления.
Еще одно отличие собеседники РБК-Украина видят в самом стиле управления. По их словам, при Сырском значительная часть непосредственной работы с фронтом была сосредоточена на самом главнокомандующем.
"Значительная часть работы начальника Генштаба Гнатова была завязана на международном треке – встречах, переговорах, различных форматах взаимодействия с партнерами. Сам Сырский при этом практически жил на фронте: постоянно ездил по направлениям, заезжал в подразделения, лично включался в проблемные ситуации и пытался держать под контролем очень много вещей вплоть на низком уровне. Условно говоря, если где-то возникала дыра – он сам ехал и помогал ее закрывать", – рассказывает один из собеседников РБК-Украина.
По его словам, такая модель давала Сырскому очень детальное понимание ситуации на фронте, но в то же время могла отнимать часть внимания от вопросов стратегического уровня или той же проблемы штурмовых полков.
"План войны у него был, но в значительной степени он оставался у него в голове. Драпатый пока работает иначе. Он тоже ездит на фронт, смотрит, что происходит, но больше дает командирам на местах возможность самим показать результат – и тем, кто уже работал, и тем, кого он назначает", – говорит источник.
Собеседник предполагает, что такой подход может оставить новому главнокомандующему больше времени на системные вопросы – изменения в управлении, будущее штурмовых войск и оформление собственной стратегии ведения войны.
"Чтобы понять, каким главкомом будет Драпатый и оценивать его первые шаги, нужно хотя бы три месяца", – заключает собеседник.
Читайте также: Путин хотел сделать Россию большой, а сделал большим НАТО: интервью с экс-директором ЦРУ Петреусом
Один из системных вопросов, который новому главку придется решать уже в очень обозримой перспективе – будущее штурмовых полков и создание Объединенных сил быстрого реагирования.
В июле Владимир Зеленский подписал указ о формировании новой структуры в составе ВСУ и заявил, что формировать новую структуру будет бригадный генерал Дмитрий Волошин. ОСШР должны были объединить штурмовой компонент с беспилотными системами, артиллерией и другими средствами быстрого реагирования на самых сложных участках фронта. Создание ОСШР должно, в частности, стать ответом на проблемы, накопившиеся вокруг отдельных штурмовых полков.
Владимир Зеленский и Михаил Драпатый на совещании (фото: Facebook В.Зеленского)
По словам нескольких информированных собеседников РБК-Украина, от создания ОСШР не отказались, но между Драпатым и Волошиным есть разное видение того, какой должна быть эта структура и как ее следует применять. В итоге сейчас, по информации издания, Волошин вернулся к руководству 8-м корпусом ДШВ, а нового кандидата, который мог бы возглавить формирование ОСШР, пока не определили.
Пока этот вопрос не решен, штурмовые полки фактически распределяют в оперативное подчинение корпусов, выполняющих задачи по наиболее сложным направлениям. Например, 425-й полк "Скала" работает вместе с 1-м корпусом "Азов", 225-й полк – с 7-м корпусом ДШВ, 33-й полк, по данным издания – с 3-м корпусом.
Это не означает включение таких полков в штатный состав соответствующих корпусов: они остаются отдельными частями, но выполняют задачи в полосе корпуса под управлением его командования.
Как перестраивают управление фронтом в Донецкой области
Параллельно после смены главнокомандующего перестраивается и система управления войсками в Донецкой области. Группировку войск "Восток", которой командовал генерал-майор Виктор Николюк, фактически разделяют на две новых – "Центр" (в него также частично отойдут определенные участки из зоны КОС) и "Азов". Первую возглавляет Андрей Белецкий, вторую – Денис Прокопенко. Сам Николюк при этом возвращается к своей штатной должности – командующему ОК "Восток".
По сути, речь идет об еще одном уровне оперативного управления над корпусами. Сами корпуса будут продолжать держать свои участки фронта и вести боевые действия, а командования группировок должны сводить их работу вместе на более широком направлении и координировать ее с Генштабом.
По информации РБК-Украина, в управление "Центра" должны войти 3-й, 11-й и 19-й армейские корпуса. Ее полоса будет простираться от Лиманского направления через Славянск и Краматорск до Константиновки включительно.
Белецкий фактически получает полосу, где может разворачиваться одно из главных сражений за Донбасс. Именно здесь сходятся направления на Лиман, Славянск, Краматорск и Константиновку – последний крупный пояс городов, который Россия пытается постепенно охватить с нескольких сторон.
Лиман остается важным для выхода к Славянску с севера, Константиновка – для давления на агломерацию с юга. Потому эта полоса, вероятно, будет оставаться одной из ключевых целей российского наступления.
Для Белецкого это означает не только больший масштаб командования, но и большую ответственность. Формально каждый корпус сам будет держать свой участок и вести боевые действия, однако в публичном восприятии все, что будет происходить в полосе «Центра», неизбежно будут связывать и с его командующим – как успехи, так и неудачи.
По информации РБК-Украина, Белецкому предлагали и другую высокую должность – командующего Сухопутными войсками. Она предполагает гораздо более широкий набор задач, чем непосредственное управление боевыми действиями на фронте. Речь, в частности, идет о подготовке и комплектовании войск, а в нынешней системе через Командование Сухопутных войск проходит и общее руководство ТЦК и СП. Однако, по словам нескольких собеседников издания, Белецкий от этого предложения отказался, а командующим "Сухопутки" назначили бригадного генерала Святослава Зайца, командовавшего 20-м армейским корпусом.
Две "клешни" вокруг Донецкой области
После анонса назначения Белецкого на новую должность он впервые публично рассказал и о наступательной операции "Вивальди", которую 3-й корпус проводит на Лиманском направлении. В корпусе сообщили, что во время первого и второго ее этапа на севере Донбасса под контроль Украины было возвращено 125 квадратных километров, из которых 50 квадратных километров непосредственно освобождены от российских войск.
По информации РБК-Украина, подготовка к самой операции началась еще в марте этого года, а активные действия шли в течение всего лета. Долгое время ее течение сознательно не разглашалось, пока военные постепенно двигались к определенным рубежам в условиях информационной тишины. Собеседники издания утверждают, что фактическое продвижение уже гораздо больше того, о котором сообщили публично.
Эти действия усложняют воплощение российского замысла по продвижению в Донецкой области. Как объясняют источники РБК-Украина, противник стремится сформировать две "клешни" вокруг основных украинских крепостей – Славянска и Краматорска, чтобы не атаковать их "в лоб": северную – через Лиман в сторону Барвенкового, и южную – через Доброполье в том же направлении. Там они должны были сойтись, создав угрозу широкого охвата Краматорско-Константиновской агломераций. По оценке Белецкого, северную часть этого замысла удалось сорвать.
Южнее в полосе "Центра" стоят 11-й и 19-й корпуса, и у обоих недавно сменилось командование. 11-й корпус, держащий Славянско-Краматорское направление, возглавил полковник Эмиль Ишкулов, сменив Алексея Майстренко.
19-й корпус, отвечающий за Константиновское направление, возглавил бригадный генерал Валерий Скред. До этого он был начальником штаба 7-го корпуса ДШВ, в то время как Ишкулов служил там заместителем командира. То есть два корпуса в полосе Белецкого теперь возглавляют офицеры, уже имеющие опыт работы в одной командной системе. Собеседники РБК-Украина положительно характеризуют ротации в обоих корпусах и ожидают, что это должно упростить взаимодействие внутри новой группировки.
Читайте также: Операция "Вивальди": ВСУ уволили новые населенные пункты на севере Донбасса
При этом самой уязвимой точкой этой полосы до конца года часть собеседников называет Константиновку.
"Вряд ли россияне подойдут к Славянску до конца года, возможно – к Краматорску, однако город так укреплен, что там можно нашим военным сидеть еще месяцами. Самая большая угроза до конца этого года выглядит сейчас для Константиновки", – рассуждает один из собеседников РБК-Украина.
В самой Константиновке ситуацию, по словам источников издания, около месяца назад удалось стабилизировать. Часть проникавших в город российских групп украинские силы зачистили. Собеседники РБК-Украина отводят заметную роль в стабилизации ситуации там генералу Николюку. В то же время россияне не отказались от наступления на этом участке: в 19-м корпусе говорят, что после длительных лобовых атак противник все активнее пытается обходить украинские позиции через фланги.
Карта DeepState
Далее к югу начинается полоса группировки "Азов". По словам собеседников РБК-Украина, в него войдут 1-й корпус НГУ "Азов" и 9-й армейский корпус под командованием Александра Тарнавского. Первый действует на Добропольском направлении, тогда как 9 корпус зашел на Покровский, где до этого держал полосу 7 корпус быстрого реагирования ДШВ. Денис Прокопенко начал командовать новой группировкой 13 сентября.
Именно Покровско-Добропольский отрезок собеседники сейчас снова называют одним из главных центров российской активности.
"В начале года пик боевых действий был на Покровском направлении. Далее он сместился на Константиновский. Затем – на Славянский, сейчас там относительно тихо. И теперь пик снова переходит на Покровско-Добропольский отрезок", – говорит один из собеседников РБК-Украина.
Эту оценку разделяет еще один источник издания. По его словам, российский фокус сейчас снова смещается на Покровско-Добропольское направление, поскольку именно отсюда противник пытается развивать южную часть замысла по охвату Краматорской агломерации – подтянуть южную "клешню" навстречу северной.
То есть если на севере, по оценке Белецкого, одну "клешню" удалось существенно ослабить, то на юге россияне продолжают искать возможность вытащить вторую дальше на запад.
Не только Донетчина. Другие риски для фронта
Еще южнее, уже на стыке Донецкой, Днепропетровской и Запорожской областей – на Александровском направлении – украинские военные ДШВ проводят другую наступательную операцию. О ее результатах сообщалось ранее: президент заявлял об освобождении 26 населенных пунктов. По информации РБК-Украина, с тех пор украинским силам удалось продвинуться дальше.
В то же время управление 7-го корпуса быстрого реагирования ДШВ перебросили на усиление Гуляйпольского направления, где в последнее время фиксировалось продвижение противника. Им командует бригадный генерал Евгений Ласийчук, которого собеседники издания характеризуют как сильного боевого командира.
По словам источников, сейчас Гуляйпольское направление – среди ключевых для россиян на Юге и одна из точек накопления его сил. Можно с осторожностью говорить, что пока продвижение врага там приостановлено, однако собеседники ожидают, что пик боев на этом направлении может прийтись на ноябрь-декабрь.
Еще один участок, где собеседники видят риск обострения – Ореховское направление в Запорожской области. Основу обороны здесь держит 17-й армейский корпус, недавно удерживавший всю полосу в Запорожской области.
По словам собеседников издания, в последнее время ситуация в Орехове имеет тенденцию к обострению – россияне пытаются усиливать давление на украинскую оборону. Публично военные также говорят о большом количестве российских штурмовых групп, активном применении КАБов и дронов и попытках инфильтрации.
Еще одна зона активности – север Харьковщины и Сумщины. В приграничных общинах российские военные пытаются проникать через госграницу малыми группами и искать слабые места в украинской обороне.
Отдельно собеседники РБК-Украина не исключают, что Россия может активизироваться и на Черниговщине – через такие же локальные действия малых групп и попыток инфильтрации вдоль государственной границы. Однако возможность большой наступательной операции или признаков подготовки большого прорыва на этом направлении они, по крайней мере, в ближайшее время не видят. Признаков формирования наступательной группировки на территории Черниговщины, как и на Киевщине, не фиксируют.
Если Москва все же снова решит проводить наземную операцию непосредственно в направлении Киева, наиболее очевидным плацдармом для нее остается территория Беларуси. При этом источники издания скептически оценивают возможность непосредственного участия в такой операции беларусской армии.
По их мнению, более реалистичный сценарий – если он вообще будет реализован – предполагал бы перебрасывание российских войск на территорию Беларуси и их дальнейшее наступление уже оттуда. Но, по крайней мере, до конца этого года признаков практической подготовки такого сценария собеседники РБК-Украина не видят.
Наибольший риск – в тылу?
Несмотря на все риски на передовой, большинство опрошенных РБК-Украина собеседников в военно-политических кругах называют наибольшим испытанием в ближайшие месяцы не возможный российский прорыв по какому-либо из направлений, а то, что может происходить в тылу. Речь идет прежде всего о зиме и возможной новой волне российских воздушных ударов.
Источники издания невысоко оценивают шансы на устойчивое энергетическое перемирие, о котором уже поспешил объявить Дональд Трамп, не говоря уже о более широком прекращении огня. Публично Киев соглашается обсуждать взаимное прекращение ударов по энергетике и критической инфраструктуре, но только при реальной и долгосрочной готовности России соблюдать такие договоренности. Формального соглашения пока нет.
Если договориться не удастся, Украина, вероятнее всего, продолжит удары по российским нефтеперерабатывающим мощностям, тогда как Москва может снова развернуть масштабную кампанию против украинской энергетики.
Для Украины отказ от атак на НПЗ тоже был бы серьезным компромиссом. Вместе с объектами российского ВПК, местами базирования и запуска ударных дронов и пусковыми установками баллистических ракет, они сейчас среди приоритетных целей украинских deepstrike, говорит один из источников.
Удары по российской нефтепереработке стали болезненным инструментом давления на топливный сектор и экономику РФ. Последние атаки уже приводили к остановке отдельных крупных российских НПЗ и усугубляли дефицит горючего.
Читайте также: Реактивный террор Киева. Как РФ меняет тактику атак на осень
Но и цена продления такого обмена ударами особенно высока зимой. Российские атаки на электроэнергетику непосредственно отражаются на базовых условиях жизни миллионов людей – свете, тепле, воде, связи, работе предприятий и транспорта. И несколько опрошенных собеседников издания до сих пор не понимают, готов ли Путин вообще отказаться от таких ударов.
Атаки на энергосистему неизбежно оказывают и вторичный эффект для военной логистики и обеспечения, которые зависят от энергетики, транспорта и топлива, как и вся страна.
При этом Украина входит в этот период с острым дефицитом ракет-перехватчиков, прежде всего для борьбы с баллистикой. Запасы PAC-3 остаются критически ограниченными, в то время как Россия параллельно увеличивает количество средств в арсенале террора.
Помимо наращивания баллистического компонента, враг все активнее делает ставку на реактивные беспилотники. С конца августа они системно применяются, в частности, против Киева и области: сейчас турбореактивные дроны в среднем составляют около 50-60% в атаке, тогда как к ноябрю, по словам источников, этот показатель противник планирует довести до 80%.
Последствия обстрела РФ по одному из складов в Киевской области (фото: GettyImages)
Среди целей россиян все чаще появляются объекты, связанные с обеспечением обыденной жизни людей – логистикой, складами, производством и распределением продуктов, лекарств и других товаров первой необходимости. Украинские власти также в последние дни отдельно называли железную дорогу и сети АЗС среди объектов, на которые направлено особое внимание российских ударов.
Украина пытается найти противодействие. Публично уже сообщалось об успешном уничтожении реактивных "шахедов" новыми перехватчиками во время испытаний.
Один из собеседников РБК-Украина говорит, что перспективной базой могут стать и украинские реактивные дроны, уже используемые для дальнобойных ударов: отдельные образцы после адаптации показали хороший результат в роли перехватчиков. Главный вопрос теперь – насколько быстро удастся удешевить такие системы и масштабировать их производство.
Еще одну потенциальную угрозу источники видят в новых средствах поражения типа S8000 "Бандероль" и "Дань-Т". Особое внимание собеседники обращают на последнюю. По данным российского производителя, "Дань-Т" запускается с самолетов или вертолетов, оснащена реактивным двигателем, способна преодолевать сотни километров на высокой скорости и после пуска автономно идти к цели. "Ростех" также заявляет о специальном режиме полета, призванном усложнять его обнаружение и перехват ПВО.
Однако самый большой риск собеседники РБК-Украина видят в потенциальной массовости этого средства. Сочетание высокой скорости, большой дальности и возможности запускать такие боеприпасы тысячами будет создавать еще одну нагрузку на украинскую ПВО рядом с шахедами, крылатыми и баллистическими ракетами. По информации издания, российские планы предусматривают производство до двух тысяч "Дань-Т" к концу этого года и до 14 тысяч – в следующем.
Отдельно собеседники РБК-Украина не исключают, что Россия может провести еще одну волну мобилизации и пополнить армию сотнями тысяч человек. Это создаст дополнительное давление на фронте, однако один из источников считает, что наиболее сложным испытанием в ближайшие месяцы для Украины станет именно зима.
"Вероятнее всего, Россия проведет новую волну мобилизации и наберет около 300 тысяч человек. Для нас это будет сложно, но мы должны удерживать территорию, сдерживать их и будем наносить им еще большие потери. Наибольший вызов для нас – эта зима. Если пройдем эту зиму, в 2027 году мы еще повоюем", – говорит собеседник РБК-Украина.
Вопрос – ответ(FAQ):
– Что изменилось в ВСУ после назначения Михаила Драпатого?
– Массовой кадровой "революции" не произошло. В то же время источники РБК-Украина говорят о более активном продвижении людей с более низких ступеней военной иерархии и другом стиле взаимодействия главкома с командирами на местах.
– Что происходит с Объединенными силами быстрого реагирования и штурмовыми полками?
– От их создания не отказались, но, по информации издания, между Драпатым и Дмитрием Волошиным есть разное видение будущей структуры. Волошин вернулся в 8-й корпус ДШУ, а нового кандидата на формирование ОСШР пока не определили.
– Как меняют управление фронтом в Донецкой области?
– Группировку "Схід" фактически заменяют две новые – "Центр" под командованием Андрея Белецкого и "Азов" под командованием Дениса Прокопенко. Они должны координировать работу нескольких корпусов на более широких направлениях.
– Где Россия сейчас усиливает давление?
– Собеседники РБК-Украина снова называют одним из главных центров российской активности Покровско-Добропольский отрезок. Отдельные риски они видят возле Константиновки, Гуляйполя и Орехова.
– Почему главным риском ближайших месяцев называют зиму?
– Из-за возможного продолжения масштабных ударов по энергетике на фоне дефицита средств ПВО и наращивания российского воздушного арсенала. Отдельную угрозу источники видят в реактивных дронах и новых средствах типа "Дань-Т", которые Россия планирует производить тысячами.
